Стынет город в седой пелене,
Будто старец, забытый у брода.
И туман на холодном окне
Пьет молчанье уснувшего свода.
Не видать ни дорог, ни огней,
Только призрак домов сиротливо
Выплывает из белых теней,
Как из памяти что-то тоскливо.
Все смешалось - и камень, и дым,
И холодная серая просинь.
Словно мир, что казался живым,
Замолчал - и молчанье не сбросить.
И стою я, смотрю в эту мглу,
Где дома, как печальные кони,
Затерялись в промозглом углу,
В этой белой, студеной ладони.
Что им снится в студеной глуши,
Этим башням, застывшим над бездной?
Может, теплые вздохи души,
Может, вечер с луной бесполезной.
А мне слышится в сером дыму
Не железо, не гул, не движенье.
Будто холод пришел ко всему
И на город легло отчужденье.